Экспедиционная летопись

Родник Карелии

Красота – это то, что мы видим, даже если закроем глаза, и слышим, даже если закроем уши.
Дж. Х. Джебран.

Ещё одно лето позади. Стены квартиры. Просыпаясь по будильнику, а не от слов «Подъём! Вставайте, пока в умывальнике есть тёплая вода», ступать ногами на ковёр, но вполне обычный, а не травяной, тот, что с утра покрыт искрящимися капельками росы. На полу рюкзак. Подсаживаясь к нему приятно ощущать еле уловимый запах костра. Рюкзак уже разобран, но не до конца, и потому, раскрыв его, я достаю одно за другим воспоминания об экспедиции в чудесный край – Карелию.
Поезд. 19 человек в вагоне, покидающем станцию «Гороблагодатская», точно знают, что впереди увлекательное путешествие и новые впечатления. У одних за плечами уже несколько поездок на Алтай, Байкал, Ильменское озеро, другие отправились в экспедицию впервые. Но все похожи. И не только тяжёлыми рюкзаками, кое-как помещающимися на полках. А улыбками, искренними и невероятно счастливыми.
Приятный голос сообщает, что мы прибыли в Санкт-Петербург. Конечная станция. А для нас это лишь начало пути. Им стала также прогулка по Невскому, набережной и другим волшебным улочкам города на Неве. Ещё долго в поезде, идущем до Кондопоги, мы восхищались увиденным, ведь это солнечное утро, проведённое в Питере, для многих стало первым знакомством с ним.
Кондопога. Маленький уютный карельский город. Население всего чуть больше 36 тысяч человек. Пока мы и этого ещё не знаем, а загрузившись в автобус, сразу отправляемся в заповедник Кивач. И вот удивительно… Пока ты не побывал в каком-то месте, ты не можешь судить о нём, даже если видел фотографии, ведь истинную красоту мало увидеть, её нужно прочувствовать. Мы жили в домиках рядом с водопадом Кивач, одним из крупнейших равнинных водопадов в Европе. И так близко, что когда поток туристов спадал, то был слышен другой, бурлящий водный поток, и казалось, что сам водопад разговаривает с нами. Он живой. И если сесть на берегу и поделиться с ним своей самой-самой тяжёлой проблемой, то водопад успокоит и исцелит. Но лечит не только он. Кажется, что вся карельская природа, с разнообразными рельефами, результатами воздействия бывшего когда-то на этой территории ледника, придаёт силы и заряжает энергией. А потому даже самые длинные маршруты не утомляли нас, а наоборот, воодушевляли. Удивительно было узнать, что валунам, к которым мы прикасались, 2 млрд. лет. Мы увидели, как кольцуют птиц. И познакомились с гордостью Карелии – карельской берёзой. На фоне сестрёнок-берёз она явно не выделяется, а наоборот, из-за наплывов на стволе и кривых веток кажется «гадким утёнком». Но это один из ярчайших показателей того, что важно не то, что мы видим снаружи, а то, что внутри, в душе. Древесина этой берёзы на срезе узорчатая (мраморовидная), а потому ценится как материал для производства различных изделий.
Очередным сюрпризом для нас стала поездка на «Марциальные воды», первый курорт, организованный по приказу Петра I в России. Вода в четырёх скважинах отличаются по химическому составу и потому применяется для лечения различных заболеваний. Единственное здание, оставшееся от строений курорта – это церковь Апостола Петра. Сам Пётр изготовил для неё подсвечники, а когда бывал на курорте, любил посещать службы, иногда спускался к прихожанам и даже подпевал церковному хору.
День продолжила экскурсия по Кондопоге и её кульминация – посещение Успенской церкви на берегу Онежского озера. Вторая по высоте деревянная церковь в России (46м), она завораживает своей красотой с первого взгляда. И есть в ней какая-то душевность, что не даёт уйти, в полной мере не вдохнув её. И если Успенская церковь – душа Карелии, то сердце края, несомненно, - остров Кижи с Храмом Преображения Господня. Как будто ожившие страницы истории открылись нашему взору. И только идущая реконструкция и невероятный наплыв туристов возвращали в реальный, XXI век. Ярко запомнился момент, когда, растворяясь в колокольном звоне и ласковых лучах солнца, сидели мы вместе на траве, под лазурным облачным небом, отражающимся в Онежском озере. А впереди было столько всего не открытого и не увиденного, о чём мы даже ещё не догадывались…
На следующий день нас ожидал 8-километровый сплав по реке Шуе и подаренные им невероятные ощущения, несравнимые ни с чем. Бурлящая на порогах река, и рафты, преодолевающие любые преграды. Звучит Карельский вальс в нашем исполнении, а значит, здесь есть место только дружбе и жажде экстрима. Редкие стога на берегу. Усталые рыбаки. И наш смех, устремлённый к небу. Проплываем дерево с висящими на нём кроссовками. Пар 10-15. И мы понимаем тех, кто их оставил: где сплав, там и сырая обувь. Но нам всё нипочём. Ведь дядя Вова уже развёл костёр на берегу, и мы знаем, что прощальный карельский вечер проведём у него с гитарой и любимыми песнями.
А на следующий день, стоя на сказочной набережной Петрозаводска, все заметили, как над Онежским озером застыло гигантское облако, похожее на… Хотя что говорить, когда каждый из нас увидел что-то своё, думая о чём-то далёком или близком… И был там памятник. Дерево с ухом, в которое нужно нашептать своё желание. И каждый подходил к нему, делясь самым сокровенным. Незаметно зажглись ночные огни Петрозаводска… И всё утонуло в них.
Возвращаться домой всегда грустно. Но сожалеть не о чем, ведь то, что было с нами, навсегда останется в памяти. И однажды улыбнётся ласковая Суна, прожурчит песню бурлящий Кивач, согреет светом Успенская церковь и подмигнёт из прошлого остов Кижи. А те люди, которые были рядом, воодушевляли и помогали в трудные минуты, навсегда останутся частичкой того, что бьётся, как летний дождик в окно и горит, как прощальный костёр.
Необычно очутиться в комнате. Взглянув на рюкзак, вздохнуть и улыбнуться. Ведь я–то знаю, что он хоть сейчас готов в путь. Скажу по секрету, что и я мечтаю вновь оказаться плечу к плечу с друзьями. И пока маршрут ещё неизвестен, мы все ожидаем его. От лета к лету. И это тоже бескрайнее счастье…

kr6kr7kr8kr10kr9